351
Ф. А. БУРДИНУ
Москва, 17 января 1872 г.
Любезнейший друг Федор Алексеевич, известие твое поразило нас. Когда я ехал в Москву с Морозовым, он уверял меня, что Павел Иванович уже не в опасности; успокоенный, с этим известием я и приехал в Москву. Этого милого и располагающего к себе человека нельзя не жалеть каждому, кто его знал. У меня у самого горе. Сережа захворал опасно; к тому же я сам нездоров и нервы мои слабы до крайности. Как я расстроен, ты можешь судить по тому, что я так испугался (когда доктор сказал мне, что болезнь у Сережи серьезная), что у меня вдруг пропал голос и я целый вечер говорил шопотом. Во мне всякая жилка дрожит, руки и ноги трясутся.
От Нильского я получил письмо большое; главное в письме то, что он будто бы не отказывался взять в бенефис "Самозванца" и что я отдал его Жулевой, не дождавшись от него ответа. На это я ему отвечал, что об решительном отказе его сообщил мне Яблочкин.
Маша тебе и Анне Дмитриевне кланяется.
Любящий тебя А. Островский.
Пиши, сделай милость!
Примечания
Печатается по подлиннику ГЦТМ. Впервые - ОиБ, стр. 152.
... известие твое - о смерти Павла Ивановича Европеуса.